Помним

назад

А детство украла война

0
А детство украла война

Липчанин Владимир Скрыдлов, уйдя на фронт «сыном полка» получил свои боевые награды в возрасте 13 лет.

Владимир Скрыдлов признает: детства у него практически не было. Играть, в полном смысле этого слова, как обычные дети, ему было некогда. Хотя констатирует Владимир Петрович это без всякой горечи, так как обладает легким характером — он из той счастливой породы людей, которые скверного не запоминают, и любят говорить только о хорошем.

Статус участника войны со всеми полагающимися льготами Скрыдлов получил только в 1992 году, при Борисе Ельцине. А прежде «сыновей полка» к воевавшим не относили. Даже боевые награды не были весомым аргументом.

Жизнь у Владимира Петровича началась далеко не безоблачно: ему было всего одиннадцать лет, когда его вместе с мамой и братьями выгнали из родного дома пришедшие в деревню немцы. Нацистам нужны были свободные дома для проживания, потому что когда они пошли в лес нарубить деревьев для блиндажей, кто-то по ним очень метко пострелял. Казалось, что сам лес, окружавший деревню Перхирево Оленинского района Калининской области, исподтишка палил по врагам. Но немцы знали, что лес сам так целенаправленно палить не может, и поэтому для наглядности расстреляли двух самых дюжих мужчин в деревне — чтоб отбить у всех охоту партизанить.

А потом братья Скрыдловы осиротели: умерла измученная войной и голодом мама. Воспоминания того времени у Владимира Петровича таковы: старшего брата угнали в Германию, а они со средним братом изо всех сил старались не умереть с голоду — ели лесную чернику, распаривали в котелке позапрошлогодние опилки вместе с травой.

- Помню, однажды собрал нас, пацанов, один немец, привел в лес, пригрозил автоматом и велел собирать малину, - вспоминает Владимир Петрович. - И пока мы собирали, он сидел на пеньке и играл на губной гармошке. Зато за собранную малину нам на немецкой кухне дали миску супа.

Когда оккупантов прогнала 200 стрелковая дивизия, в жизни одиннадцатилетнего Володи Скрыдлова случился крутой поворот: его, сироту-оборвыша, решил взять под опеку воинской части сердобольный шофер.

- Мне из солдатской формы сшили шинельку, сапожки, все, что нужно, - рассказывает Владимир Петрович. - А присматривать за мной взялась писарь дивизии Зоя Васильевна Шумкова. Я попал в передвижной госпиталь, который ездил по фронтам и собирал на лечение легко раненых. В мои обязанности входило приносить почту из штаба дивизии. К тому же я помогал бойцам, чем мог — например, письма писал для тех, кто из-за ранения сам не мог.

Нельзя не признать: став сыном полка, одиннадцатилетний сирота вытянул счастливый билет, спасся от голодной смерти. Правда, война продолжала демонстрировать мальчику свой звериный оскал: однажды их дивизию начали бомбить, причем, как потом услышал Володя, бомбили по ошибке свои же — спутали с немецкими частями, которых русские стрелки преследовали по пятам. В этой бомбежке погиб командир дивизии генерал Краснов. А Володя Скрыдлов чудом спасся: упала бомба совсем рядом, в шести метрах от него, да не взорвалась. Все потом ему говорили, что в рубашке родился.

Если не считать бомбежек, жизнь в армии Володе вполне нравилась: он наконец-то стал наедаться и расти, когда стояли на Балтике, искупался в настоящем море, а в свободное время даже гонял на трофейном велосипеде, как и полагается нормальному мальчишке. Не хватало ему, пожалуй, одного — общения со сверстниками. Путешествуя с дивизией по фронтам, Володя ни в какой другой части больше детей не встречал.

- Мы двигались все западнее: со Второго Прибалтийского фронта - на Белорусский, потом в Польшу, и наконец, в Германию, - вспоминает Владимир Петрович. - Когда шли по Германии, нас строго предупредили: в брошенных домах, имениях ничего не есть и не пить! Тогда многие насмерть травились продуктами и водой в оставленных немецких селениях. Когда рейхстаг пал, когда наши уже вовсю праздновали победу, мы сели в автобус и поехали расписываться на руинах рейхстага. И я там тоже расписался. Когда война закончилась, мне было 13 лет. У меня были уже награды — медаль за освобождение Белоруссии, медаль «За боевые заслуги»...

Радость от окончания войны омрачилась для нашего героя тем, что некуда ему было податься. Пристроили его было в музыкальный взвод в городе Ковеле, но он не смог научиться играть ни на одном из инструментов. Сын полка решил вернуться на родину, поехал своим ходом, но на вокзале в Киеве его забрали как беспризорника и отправили в приемник-распределитель. Там среди настоящих молодых бандитов он насмотрелся такого, что и вспоминать не хочется.

Тяжелые были времена, от них на руках у нашего героя остались синеватые наколки, которые так и хочется смыть, стереть с себя, да невозможно.

С братьями Владимир Петрович встретился уже после победы — старший пришел с войны героем, а вместе со средним Скрыдлов попал на учебу в ФЗО. По иронии судьбы, в ФЗО решили поставить на вечере самодеятельности сцену из Катаевской повести «Сын полка». И Ваню Солнцева выпало играть настоящему сыну полка — Володе Скрыдлову.

В Липецк Владимир Петрович попал уже женатым человеком — встретил свою невесту в Ленинграде, и уехали вместе к ней на родину. Здесь сын полка, наконец, обрел собственный дом: на Новолипецком заводе молодой семье дали квартиру, в которой супруги родили и воспитали троих детей.

- Я своей жизнью доволен: живу на пенсии, отдыхаю. Приятно, что на предприятии, где я проработал 34 года, меня не забывают, поздравляют с праздниками. Работа моя приносила мне удовольствие и я был очень рад, когда меня наградили знаком «Отличник черной металлургии», - говорит Владимир Петрович. - Очень люблю, когда доводится, смотреть фильмы о войне — мне кажется, что все они правдивы. Я смотрю и вспоминаю былое, что видел сам и никогда не забуду...

Источник: Gorod48

Материалы по теме:

0

Вам нужно авторизоваться, чтобы оставить комментарий